Мемуары Пруля

                                                            Моей дочери Алисе


                                         Я напишу вам правду про те дни,
                                         но это будет правда, похожая на
                                         сказку.
                                                            В.Шефнер

                                         Нужно писать только правду, но не
                                         всю правду.
                                                             Клаузевиц

                                         У нас была великая эпоха.
                                                             Э.Лимонов

                                         Меня зовут Максим Каммерер, мне
                                         восемьдесят девять лет.
                                                             М.Каммерер

                                         Каждый имеет право писать мемуары,
                                         потому что никто не обязан их
                                         читать.
                                                            А.Васильев

                                          Этот документ безразличен как
                                          силам Света, так и силам Тьмы.

                                              Гессер Темный, маг 9 уровня

                                          И он жил-жил, пока не помер.
                                                        Бульбо Сумкин

                                          Kapitalizm!
                                                    А.Шварценеггер в
                                                    фильме "Красная жара"

v. 1-Nov-2003, modif.

0. Disclaimer (читать обязательно!)

by Serge Pustovoitoff, mailto:prool@itl.net.ua, http://prool.kharkov.org,
2003

Дальнейшее распространение этого текста или его использование по прямому
назначению запрещено без письменного согласия автора. (Страшно?)
Пояснение: этот текст является пререлизом (типа черновиком) и
распространяется мной только для ознакомления. Окончательный вариант
(релиз) будет распространяться по GPLподобной лицензии (а по приколу) и
для автентичности подписан PGP ключом (тоже по приколу). Я не даю никаких
гарантий ни явных, ни подразумеваемых (зевает). При написании этого
текста не постадало ни одно животное (включая, но не ограничиваясь,
шушпанчиками). Текст распространяется по принципу "ass is".

Все упомянутые в тексте торговые марки принадлежат соответствующим
фирмам, организациям, физическим лицам и прочей "мелкой морской сволочи".

Данный текст не претендует на документальность, а является скорее
изложением отражения внешнего мира в воспаленном сознании автора,
вследствие чего никакие совпадения с якобы имевшими место быть событиями
или именами не являются таковыми, вследствие чего никакие судебные иски
или иные преследования не могут быть предъявлены автору, так как данное
произведение самим автором относится к жанру научно-технологической
фантастики с элементами фэнтези и хоррора. Также прошу учесть, что автор
описывает большей частью свою юность, когда любой коровник ему казался
средневековой крепостью, а водка была крепче, и бабы мягче.

Кроме того, некоторые факты и фамилии изменены по соображениям этическим
или юридическим, причем чем ближе к современности, тем больше в данных
мемуарах будет мягко говоря лакун (а грубо говоря вранья). Кроме того,
учитывая реалии нашего капиталистического времени, я весьма сильно
приукрасил свою персону, чтобы изобразить себя "успешным менеджером" и
селф мейд меном (а остальных соответственно изобразил в темно-черных
цветах). Таким образом, данные мемуары можно рассматривать исключительно
как just PR и саморекламу.

Если вы будете возмущены этим предисловием, советую перечитать "Осмотр на
месте" Станислава Лема, эта книга очень прочищает мозги (не промывает, а
именно прочищает).

1. Введение

Я давно собирался начать писать мемуары, и вот, наконец, вроде был
собрался. Посмотрим, что из этого выйдет.

Во-первых, какова цель написания этих мемуаров. Трудно сказать. Приятно
чувствовать себя великим старцем, который рассказывает молодежи о
временах оных. Возможно, кое-что из рассказанного будет кому-то
интересным или полезным (хотя, возможно, и нет). Но самое главное, каждый
имеет право писать свои мемуары, так как никто не обязан их читать.

На самом деле я не считаю себя старцем, но многое из того, что мне
приходилось наблюдать уже стало забываться, и я давно собирался записать
все это хотя бы для себя.

И еще замечание, это не мое жизнеописание, это чисто компьютерные
мемуары, так как по сути всю свою сознательную жизнь я провел (и
продолжаю проводить) возле компьютеров и в виртуальном мире и именно это
будет интересовать меня в первую очередь, а не всякая бытовуха. (Хотя без
некоторых чисто анкетно-биографических подробностей, разумеется, не
обойтись).

2. Детство: школа

Я родился 7 апреля 1964 года в Полтаве. Это были времена СССР, причем еще
у руля был Хрущев. Только в августе того года его окончательно сменил
Брежнев. С детства я рос тихим таким начитанным мальчиком, рано научился
и любил читать. Дома детских книг было очень мало, поэтому приходилось
читать взрослые (нет, не порнуху). Мой отец тогда работал на заводе
"Знамя", производившем электровакуумные приборы ("радиолампы", причем как
обычные, так и диапазона СВЧ), поэтому я почитывал его книжки по
вакуумной технике. Формул тогда я не понимал, но рассказать о работе ламп
бегущей волны, клистронов и магнетронов могу и сейчас, причем базируясь
только на детских впечатлениях. (Не говоря уже об обычных,
низкочастотных, вакуумных триодах и пентодах и полупроводниковых
приборах, за что я особенно благодарен Евгению Давыдовичу Айсбергу,
автору книг из серии "Радио - это очень просто") .

Еще мой отец в те годы увлекался фантастикой и автоматически меня к этому
пристрастил, а где фантастика, там и роботы, а где роботы, там и
компьютеры (точнее, тогда использовалась аббревиатура ЭВМ - электронно-
вычислительные машины).

Вот так я отталкиваясь от фантастики пришел в мир компьютеров.

Примерно в восьмом классе (1978) мне попалась научно-популярная книга
"Язык автоматов", откуда я узнал, что такое двоичный код, как кодируются
команды процессора, что такое цикл (это тогда я не совсем понял). Вторая
часть этой книги была посвящена языкам высокого уровня на примере
фортрана. Эту часть я тогда совсем не понял, споткнувшись о слово
"оператор", который мне казался мужиком в белом халате (тогда по
телевизору любили показывать большие ЭВМ и кучу белохалатчиков,
крутившися вокруг). "Это операторы", думал я, а в книге и названия у этих
операторов были - оператор останова, оператор цикла, оператор ввода-
вывода. Оператор останова, это, наверное, такой мужик, в обязанности
которого входит только выключать машину, думал я (видимо это юыла очень
сложная процедура типа запуска ракеты на Байконуре)

Тут нужно сделать замечание, чтобы читатель, который в 14 лет сайты
ломал, не подумал, какой дебил этот Пруль, таких простых вещей не понял.
Просто время было другое, менее компьютеризированное. Чтобы выдумать
порох в Древнем Китае, нужно было быть гением, а в 20 веке любой
мальчишка, хоть немного увлекающийся взрывами мог составлять всякие
гремучие смеси. Так и сейчас, дети, изучающие буквы по старой клавиатуре
от отцовского компьютера, и начинающие рисовать свои первые рисунки в
Паинтбраше, а не на бумаге, многие понятия из информационных технологий
впитывают буквально с молоком матери. А тогда первым моим проводником в
мир информатики была книга "Язык автоматов", написанная человеком, не
особо хорошо знавшим предмет, так, команды в двоичном коде
рассматривались для некоего вымышленного несуществующего процессора
(либо, чтобы было проще, либо реальных процессоров автор не знал, или
реальные процессоры были тогда засекречены, так как время было такое,
секретили все).

Кстати, потом я таки освоил фортран и уже в старших классах школы, сделав
в классе быстро контрольную или самостоятельную работу по математике, я
от скуки выписывал в клеточках тетради операторы фортрана для вычисления
формул, получавшихся в только что решенной задаче или примере (как
правило там были только операторы писваивания).

Школу я закончил в 1981 году, так и не прикоснувшись физически ни к чему
компьютерному (если не считать обычного калькулятора (не
программируемого), каковые в те времена были большой редкостью и
экзотикой. (Мне дали его на пару дней поиграться)

3. Институт: начало, случайный выбор

В Полтаве выбор высших учебных заведений (тогда они именовались
институтами, а не университетами или академиями) был не особо велик, идти
в строительный на проектирование канализации (эту специальность называли
унитазниками) мне не хотелось, и я летом 1981 года поехал в Харьков,
поступать в ХИРЭ - Харьковский институт радиоэлектроники имени академика
М.К.Янгеля. И поступил. Причем специальность я выбрал случайно. Я хотел
подавать документы на специальность отца ЭП (электронные приборы), но на
медкомиссии меня не взяли туда по зрению и вначале я попал на РТ
(радиотехнику), а потом меня окончательно приговорили к ПМ (прикладной
математике). Впоследствии я предположил, что на ПМ обычно шли только
девушки и декан для исправления этой ситуации дал указание медикам
мальчиков в очках (умные, наверное) по возможности заворачивать к себе на
факультет.

Вот так я случайно сделал еще шаг к виртульной реальности, попав в группу
ПМ-81-2 (первое число - год поступления, второе - номер группы)

4. Общение с ЭВМ по переписке

Практическая работа на ЭВМ началась с первого курса, но что это были за
ЭВМ и что это была за работа! Один из более молодых моих коллег
впоследствии называл это общением с ЭВМ по переписке. Это были большие
ЭВМ ряда ЕС ЭВМ (так называемые ЭВМ единой системы). После разнобоя в
типах ЭВМ, имевшего место быть от создания первой ЭВМ (примерно 1946
год?) и до конца 60-х советское правительство решило ввести унификацию и
стандартизацию в вычислительный мир. Была придумана классификация, все
ЭВМ делились по размерам (под размером имелся ввиду не только вес в
килограммах, но и объем оперативной и внешней памяти и быстродействие) на
3 класса. ЕС ЭВМ были представителями самого большого класса, все их
модели были программно-совместимыми снизу вверх (и даже сверху вниз) как
по командам процессора, так и по периферийным устройствам. Вместо
развития своей, достаточно самобытной и весьма передовой по тем временам
линии больших ЭВМ БЭСМ (большая электронная счетная машина) решено было
передрать американскую линию больших ЭВМ IBM System 360. COCOM тогда уже
был (по крайней мере, ограничения на экспорт высоких технологий в
социалистические страны были точно), поэтому прототипы покупались через
третьи страны, разбирались, изучались и создавалось наше, родное. Тогда
еще существовал социалистический лагерь и СЭВ (Союз экономической
взаимопомощи) и работы по передиранию Системы 360 велись не только в
советских "почтовых ящиках", но и на заводах Robotron (ГДР), Videoton
(Венгрия), Правец (Болгария), Mera Blone (Польша).

Кстати, говорить вслух о факте передирания наших
ЭВМ с западных разработок было не принято, а писать в
статьях просто запрещено (вот такое было время). Принятие
стратегической линии на копирование западных образцов
заложило отставание советской компьютерной науки от
Запада и плоды этой стратегической ошибки мы пожинаем
и сегодня. (Впрочем, события октября 1917 года нанесли
еще больший вред нашей стране и эту, октябрьскую, кашу
мы будем расхлебывать еще не одно десятилетие).

Большие ЭВМ, изготовленные по тогдашней
технологии были ну очень большими. Они занимали целый
зал или несколько комнат поменьше. Процессорный блок
занимал 1-2 шкафа, система ввода вывода - еще пара
шкафов, консоль оператора с пишущей машинкой Consul -
еще шкаф, еще накопители на магнитной ленте,
перфосчитыватели, АЦПУ (алфавитно-цифровое
печатающее устройство) и отдельно святая святых -
дисковые накопители, обычно расположенные в отдельной
гермозоне. Обслуживали одну ЭВМ куча мужиков (и
женщин) в белых или синих халатах. Каждая машина
рабтала круглосуточно и поэтому была смена операторов и
смена элекронщиков (ломалась или просто зависала машина
частенько), плюс несколько высококлассных спецов
(системный программист, дисковик, ленточник,
процессорщик) и командовал этим всем коллективом
начальник машины. Да, еще были девочки (зачастую лет
под 40), набивавшие программы на перфокарты.

Эти ЭВМ были не только большими, но и дорогими,
поэтому существовал такой ресурс как машинное время,
который распределялся и оплачивался. Для ординарных
задач была придумана так называемая пакетная обработка
заданий. Задачи (большинство из них было счетного
характера и совсем без интерактивности) кодировались
(использовались языки Фортран, PL/1, Cobol, намного реже
ассемблер), затем текст программы переводился на
машинный носитель - перфокарты. Перфокарты,
оформленные в виде колоды, сдавались "на счет". Доступ
самих программистов к ЭВМ был почти невозможен.
Операторы вводили колоды одну за другой через
перфосчитывающее устройство, ЭВМ компилировала и
считала и выдавала распечатку результатов. К концу дня
или на следующий день результаты можно было получить,
при необходимости внести изменения в программу, опять
сдать их на перфорацию, получить с перфорации, сдать на
счет, получить результаты и так ad infinitum. Кроме всего
прочего, девочки, набивавшие программы на перфокарты,
были абсолютно не заинтересованы в результатах, поэтому
допускали огромное количество опечаток и редко кому за
семестр такого общения с ЭВМ по переписке удавалось
отладить алгоритм и получить результат. Обычная
распечатка без явных сообщений компилятора о
синтаксических ошибках уже принималась как зачет по
курсовой или лабораторной.

Такая работа с высоты дня сегодняшнего выглядит как
редкий мазохизм, и диву даешься, как при таком режиме
работы достигались результаты. Я имею ввиду не
студентов-шаровиков, мечтой которых была подпись
преподавателя в зачетке, я имею ввиду реально работавшие
НИИ и КБ, которые работали в таком же пакетном режиме
(причем не только в СССР, на Западе тоже ЭВМ были
дороги и тоже применялась пакетная обработка) и
разрабатывали новые операционные системы,
компиляторы, решали реальные вычислительные задачи,
вели бухгалтерию и т.п.
Впрочем, для интенсификации работы было принято
арендовать машину для небольшой группы программистов
(обычно делавших один проект) на ночь и вместо обычного
пакетного режима использовать машину монопольно,
причем рядом стоял перфоратор, на котором оперативно
можно было набить перфокарты с изменениями, чтобы
сразу вставить их в основную колоду и сразу запустить
колоду на счет.

О эти ночи в машзале! Гудение кондиционеров
(машина грелась очень сильно и без кондиционеров в зале
началась бы настоящая сауна), стук перфораторов, и визг
перфосчитывателей, пулеметные очереди АЦПУ (120 строк
в минуту однако). Запах смазки, храп спящего дежурного
оператора, скорей набить эти три строчки, вставить их
после 20-й, 27-й и 167-й карт, не забыть выбросить карты с
57-й по 65-ю и скорее к перфосчитывателю. Черт, дырочка
не пробилась (пуансоны в перфораторе затупились), ручкой
ее пропихнуть. А эта первая карта колоды уже давно
потерлась, не дай бог замнется, перенабить ее надо. Где
чистые перфокарты? А вот, в углу два ящика. Опять бумага
в АЦПУ кончилась, а  я еще Мону Лизу хотел распечатать.
Почему моя задача не выходит из АЦПУ? Вот васина
программа, а он ее после меня запускал. Неужели
приоритет больший поставил, договаривались ведь, у всех
JOBCLASS=B и PRTY=10. А какой это гад на Консуле
своей задаче приоритет повышает??!!

А вот и утро. Как быстро ночь пролетела, а что у нас
на первой паре? Физика? Опять Шубин через усилитель
лекцию читать будет, не поспишь особо. Так, собрать
распечатки, в общежитии внимательнее просмотрю и
скорее в буфет на 2 этаже, там обычно очереди меньше и
бывают котлеты по-киевски и сеченики.

5. Интермедия: Программируемый микрокалькулятор
или Луна  - суровая хозяйка

Деление вычислительных машин на три класса по размерам имело свое
продолжение вниз. Меньше микроЭВМ как по размерам, так и по возможностям
были программируемые микрокалькуляторы (ПМК). Если даже самую дешевую
микроЭВМ в те времена частное лицо не могло купить (не только из-за
большой стоимости, их просто не продавали чатным лицам за наличный
расчет), то ПМК был вполне легален и стоил сравнительно недорого - 50-85
рублей (ежемесячная зарплата тогда составляла в среднем 100-120 рублей).
Почти весь заработок от своего первого стройотряда (лето 1982 года), я
потратил на покупку ПМК "Электроника Б3-34". Это было что-то!
Программируемое устройство в личном пользовании, без необходимости
заказывать машинное время, без дежурного оператора и начальника машины!
Студенты и школьники, у которых пока нет дома своего ПК и которые урывают
часы в компьютерных залах, Интернет-офисах и у друзей, я думаю, меня
поймут.

ПМК стали достаточно массовым изделием в СССР и вокруг них начал
складываться слой программистов-любителей, не обязательно имеющих
специальное образование в области вычислительной техники или
соответствующую профессию. Иначе говоря, начала формироваться хакерская
субкультура людей, которым интересно программирование, которым это
доставялет удовольствие. Для многих ПМК был букварем, приведшим их в мир
компьютерных технологий. Не только программированием можно было
заниматься на ПМК, несмотря на ограниченную длину программы (максимум 90
команд, по-моему) и возможность вывода на экран индикатора только цифр и
нескольких знаков, на ПМК писались игры, в том числе интерактивные, в том
числе с графикой! (Хороша графика, минус, пять пробелов и ноль и это
минус постепенно шаг за шагом приближается к нулю!)

Пионером в игровом освоении ПМК был журнал "Техника молодежи". Там начали
публиковать короткие фантастические рассказы Михаила Пухова и программы
для моделирования описанных в рассказе ситуаций. Как правило, в рассказах
кто-то куда-то летел или пытался сесть, а программы моделировали все это
численно. Пользователь вводил в калькулятор несколько цифр (импульс
двигателя, время, направление импульса), а получал координаты
космического аппарата через указанное время. Отрицательная высота полета
означала гибель аппарата и экипажа. Это было увлекательно, мы летали
ночами напролет и на скучных лекциях, исписывая листы столбиками цифр
(высота, скорость, тангаж), составляли экипажи (командир корабля и
бортпрограммист), придумали значки "Летчик-космонавт", присуждавшиеся за
первую мягкую посадку на Луну (что было не так уж и просто) и т.п.

Кстати, эти лунные полеты были первым нашим попаданием в виртуальную
(вымышленную) реальность, когда судьба реально не существующего
космического корабля может беспокоить больше, чем например, конспект по
скучнейшей "Экономике отрасли". Кстати, довольно похоже на нас вел себя
герой повести Пелевина "Омон Ра". (и также герои рассказа "Принц
Госплана" того же автора) Как видите, почувствовать себя в кабине
космического корабля можно и без виртуального шлема VFX и цветного
дисплея с высоким разрешением. В дальнейшем (возможно, я напишу и
об этом), уже во времена цветных дисплеев и других "нехороших излишеств"
весьма большой популярностью пользовались (и пользуются поныне) чисто
текстовые игры класса NetHack (Rogue) и всякие MUDы, где основную
виртуализирующую роль играло воображение игроков, а фенечки в виде
качественной графики и звука были не только не нужны, но порой могли даже
помешать процессу воображения.

6. Микро-ЭВМ "Наири"

С микро-ЭВМ "Наири" я познакомился на первом курсе. (Это был 1981-1982
год). Это была ЭВМ армянского производства (вследствие чего так и
называлась: "Наири" - это "Армения" по-армянски). Представляла она стол с
пишущей машинкой Consul и еще один стол с неоновыми лампочками и
кнопками. (Эту ЭВМ можно увидеть как элемент оформления в фильме
"Солярис" Тарковского) Основным языком программирования был язык "ап"
(язык автоматического программирования), немного похожий на Бейсик,
только с русскими ключевыми словами. Все операторы нумеровались,
программа вводилась с Консула, причем интересной особенностью было то,
что операторы языка идентефицировались по первым двум буквам ключевого
слова, а дальше машина сама допечатывала слово полностью. Программа и ее
выполнение имели примерно такой вид

ап
10 введем x,y
20 вычислим z=x+y
30 выведем z
40 кончим
исполним
? 5,4
9.00000

Кроме Консула Наири имела еще ввод-вывод с перфоленты. Еще одной особенностью
этой ЭВМ была память (ОЗУ) на ферритовых кольцах. Эта память была
энергонезависимой и не стралась ни при выключении, ни при включении
компьютера. Мой друг Ущ рассказывал историю, что однажды он долго вводил
программу для курсового проекта, а тут рабочий день закончился и операторы
стали его выгонять, а запустить на счет программу он не успел. (К перфолентам
студентов не допускали, чистая перфоленточная бумага была страшным дефицитом).
И тут добрый дядя-оператор сказал Ущу прийти завтра с утра первым, сесть на ту
же машину (в машзале было несколько Наири-2, Наири-К и Наири-М) и после
выключения не вводить команду "ап", чтобы память не очистилась, а сразу
набрать "исполнить" и оставшаяся в ферритовом ОЗУ программа запустится на
выполнение.

6 с половиной. Микро-ЭВМ "Электроника Д3-28" или Обнаружено 5 кораблей
Клингона

Примерно через год зал микроЭВМ очистили от морально устаревших Наири и
поставили новое чудо (тоже армянского производства) Электронику Д3-28.

Здесь надо сделать маленькое отступление о наименовании этих ЭВМ. Все изделия
заводов Министерства электронной промышленности (калькуляторы, ЭВМ, даже
микроволновые печи и видеомагнитофоны) именовались единообразно. Вначале было
слово "Электроника", а потом буквенно-цифровой или чисто цифровой код. Так,
ряд изделий получал код вида <буква><цифра>-<еще две цифры>. Буква означала
класс изделия. Чем больше буква, тем больше и серьезнее изделие. Д было у
микро-ЭВМ (тут были уже упомянуты программируемые микрокалькуляторы
Электроника Б3-21, Б3-34 и МК-54)

Новыми для нас периферийными устройствами этих ЭВМ были видеотерминал и
накопитель на обычных компакт-кассетах (как у современных плейеров)

Ранее доступные нам Наири, как я уже говорил, имели устройством ввода вывода
элекрическую пишущую машинку Консул. Интерактивный режим работы на таком
устройстве мог быть только в режиме "вопрос-ответ", никакие визуальные эффекты
на бумаге, естественно, не были возможны. (Бумагу, кстати, сильно экономили
и студентам выдавали максимум метр бумаги, на котором нужно было успеть
сделать все). Кстати, в операционной системе UNIX сохранились некоторые
атавизмы из тех времен (хотя UNIX уже был рассчитан для работы с
видеотерминалами): строковый редактор ed, минималистический неинтерактивный
вывод большинства команд (таких, как ls, rm, df, who и т.д.)

Видеотерминал же давал намного большую свободу для работы и творчества.
Например, мы уже не были ограничены длиной бумаги и бумагой вообще и могли
набирать программы любой длины, модифицировать и редактировать
их неограниченное число раз и т.п. (Хотя, повторюсь, "видеотерминальные" ОС
такие как RT-11, CP/M, MSDOS, UNIX по прежнему вели диалог с пользователем
так, будто бы он идет на бумаге и экранные оболочки типа PCTools, XTree, Path
Minder, Norton Commander в свое время произвели настоящий фурор)

Вторым новшеством у этого компьютера был накопитель на компакт кассетах.
Возможность хранить программы для повторного использования - это одна из
основополагающих основ программирования. У "больших" ЭВМ серии ЕС была память
на магнитных дисках (аналог винчестера IBM PC/AT), но сами большие ЭВМ были
устройствами коллективного пользования и получить в собственность раздел на
диске или сам диск для студента было нереально. Работа на больших ЭВМ имела
всю прелесть коммунальной квартиры с ее сколоками, плевками в борщ соседу,
очередью в туалет (на перфоратор) и т.п. Метафору индивидуальной работы могли
дать персональные микроЭВМ, но только при наличии возможности хранения
собственной библиотеки программ. Наири, как мы уже увидели, этого дать не
могла, а у Д3-28 был накопитель на обычных магнитофонных компакт кассетах МК-
60, которые можно было купить в магазине и на которых можно была хранить
собственный банк программ.

Постепенно вокруг зала микроЭВМ Д3-28 постепенно стал формироваться некий
кружок любителей программирования, начался обмен программами на кассетах,в том
числе играми, в том числе, написанными где-то далеко. Ничего
существенного, насколько я помню, мы так и не запрограммировали, но идей
было много и начато было тоже многое. Языком програмирования Д3-28 был
Бейсик (помню, были интерпретаторы версии 3A и 3B, загружавшиеся с
кассеты). Мы играли в игру "Менеджмент" (ее описание можно найти в книге
Уэзерелла "Этюды для программистов", написана она была не нами). Игра
была многопользовательская, никаких сетей тогда не было, мы просто
подсаживались по очереди за один компьютер (эта игра относится в играм с
неполной информацией, смотреть за ходом противника нельзя было).
(Впоследствии, на БК-0010 я встретил Менеджмент с искуственным
интеллектом (с машинными игроками), играющим весьма сильно). Еще на Д3-
28 была игра, не помню как именно она называлась, одна из серии культовых
игр по культовому сериалу "Звездный поход" (Star trek): "Энтерпрайз",
клингоны, прямоугольная галактика, фотонные торпеды. (Уже позже, на КУВТе
мне повстречалась более расширенная версия этой игры для ЕС-1022).

МикроЭВМ Д3-28 сопровождала меня до конца учебы в ХИРЭ, уже перед выпуском я
узнал, что их убрали и зал микроЭВМ заполнили совершенно новые машины - ДВК,
с новым периферийным устройством - дисководом для 9-дюймовых дискет.
Но близко с ДВК я познакомился только на КУВТе, о чем далее.

7. Микро-80 - РК-86: ну почему я не умею паять?

Как только появились микроЭВМ, широкими массами компьютеролюбителей овладела
идея иметь такое устройство в собственности. Представьте, какое блаженство
работать на компьютере когда захочется и сколько захочется, не унижаться,
всеми правдами и неправдами выпрашивая "машинное время" под существующие и
несуществующие курсовые, лабораторные и дипломные работы. Так, Д3-28
теоретически могла поместиться на столе дома или в общежитии, но стоила она
совершенно немерянных денег и, самое главное, не продавалась частным
лицам.

В СССР чуть ли не со времен изобретения радио Поповым в 1905 (?) году был
класс радиолюбителей, которые по степени увлечения весьма напоминали нас,
компьютеролюбителей-хакеров, а зачастую один человек увлекался и тем, и
другим. Радиолюбители могли самостоятельно собрать любое сложное
высокотехнологичное радиоустройство - усилитель, радиоприемник, радиостанцию,
цветомузыку, телевизор, сигнализацию и т.д. и т.п. Если какое-то устройство
нельзя купить, то его можно сделать. Центральным печатным органом,
объединявшим советских радиолюбителей был журнал "Радио" (напоминаю, BBS,
Fido и Интернета тогда еще не было, по крайней мере в СССР и основным
средством распространения технической информации тогда была пресса).
Журнал начал серию статей со схемой самодельного компьютера "Микро-80".
Наша промышленность к тому времени освоила выпуск микросхем 580-й серии,
являющихся "функциональными аналогами" (по сути, пиратскими копиями)
американского 8-разрядного микропроцессора Intel 8080. Компьютер Микро-80
(число 80 обозначало не год создания, а код микропроцессора) имел
циентральный процессор К580ИК80А (i8080), адресное пространство 64К,
самодельную клавиатуру, в качестве монитора использовался обычный
телевизор, в качестве внешней памяти - обычный бытовой магнитофон.

Массовым этот компьютер не стал, но дальнейшее развитие этой идеи - ЭВМ
"Радио-86РК" (она же "РК-86", здесь 86-й - это год издания) была намного проще
в сборке. Начавшееся к тому времени кооперативное движение и переход
госпредприятий на "хозрасчет" привели к тому, что в магазинах "Юный техник"
стали появляться наборы "сделай РК-86 сам" и даже готовые изделия (иногда под
своими названиями типа "Микроша", "Криста", "Веста" (?)). Появились и другие
схемы самоделок, тоже на базе К580 - "Ириша" (журнал "Микропроцессорные
средства и системы"), "Специалист"/"Фахiвець" (журнал "Моделист-конструктор"),
"ЮТ-88" (86? - журнал для самых маленьких - "Юный техник"), "Орион-128" (128 -
объем ОЗУ, целых 128К, тогда как "64K должно хватить для чего угодно"), JUNO
(это была собственная разработка Сашки Жевака из Екатеринбурга, широкого
распространения эта модель не получила).

За всю свою жизнь я так и не научился более-менее хорошо паять и травить
печатные платы и так и не сделал тогда себе ни Микро-80, ни другого какого
подобного самодельного компа. Но теоретически этот компьютер дал мне очень
многое: я отлично изучил схемотехнику 580-й серии, а затем начал изучать
серии К1801 (LSI-11/03) и К1810 (i8086) по публикациям в "МС и С". Эти
знания впоследствии мне очень пригодились для понимания сущности
процессов, творящихся в компьютерах (процессоры i386 и i586 несмотря на
совершенство своей архитектуры, имеют родимые пятна частичной
совместимости с i8086, i8080 и даже, кажется, с i8008)

8. БК-0010

Но истинно народным персональным компьютером стал БК-0010. Это был первый
компьютер, который можно было легально купить за вполне реальные деньги
(600-650 рублей, примерно полугодовую зарплату тогдашнего молодого
инженера). Вместе с клонами Микро-80/РК-86 "бэкашка" вырастила тысячи
советских хакеров и для повышения могущества СССР дала не меньше, чем
атомная бомба ;) Страна моя, свободная, как бомба водородная!

Первое упоминание в прессе о бытовом компьютере "Электроника БК-0010"
(помните обозначения изделий в минэлектроники?) было в МС и С в конце 1985
(начале 1986?). Компьютер был основан на процессоре серии К1801 (копии
американского LSI-11/03 - PDP-11), адресное пространство 64 К слова (1
слово = 16 бит), но схема была упрощена и кастрирована до неузнаваемости
и адресное пространство стало 64 Кбайта, из них 16 К - ОЗУ, 16 К -
экранное ОЗУ (здесь был графический режим 256х256x4 цвета или 512х256x2,
которого не было у Микро-80), 16 К - BIOS и язык Focal в ПЗУ, еще 16 K
просто так погулять вышло. (Потом появилась модель 0010.01 с более
удобной клавиатурой и Бейсиком в ПЗУ). Периферия - та же, что и у Микро-
80 - телевизор и магнитофон.

Купить БК было нелегко, они продавались только в фирменных магазинах-салонах
"Электроника", которых в стране было три - в Москве, Санкт-Ленинграде и
Минске. В Ленинграде БК в 1986 году не было (я вел переписку (бумажную!) со
всеми этими магазинами), Москва уже тогда была Москорепом и купить в тамошнем
ФМС мог только москвич, а в Минске меня поставили на очередь и наконец в
сентябре 1986 года, когда я уже работал пару недель в ХПВТИ мне пришла из
Минска вожделенная открытка-приглашение. Я взял на работе отгул и мы с Ущем
поехали в Минск, где таки купили вожделенный дивайс и привезли его в Харьков.

И не смогли его подключить к телевизору. А тут меня неожиданно послали в
командировку на 2 месяца в Казань, на курсы повышения квалификации. Там, в
научно-учебном центре СНПО "Алгоритм" я изучал системное сопровождение ОС ЕС и
не знал, что один из заводов, производящих бэкашки находится в этом же городе.

Потом я вернулся в Харьков и мы таки выяснили, что тыкая видеовыходом БК в
телевизор сожгли эмиттерный повторитель на транзисторе КТ-315, его
заменили и все заработало к нашей вящей радости.

Так началась новая эпоха, эпоха БК.

Как и в институте, у меня была двойная жизнь. Днем я работал (а до того
учился) на больших ЭВМ серии ЕС, а вечером/в выходные/в свободное время
отдыхал душой на малых ЭВМ. Как и на Д3-28, на БК ни я, ни мои соратники почти
ничего значительного не написали. Но мы создали свой клуб (впоследствии
трансформировавшийся в "прулевку") и начали налаживать связи с другими
аналогичными организациями в рамках бывшего СССР и даже начали робко выходить
за его пределы (например, переписывались с поляками)

9. Начало работы: загрузить за 60 секунд

Итак, в 1986 году я закончил ХИРЭ и попал на работу в ПО "Конус".

Тогда (не знаю, как сейчас) существовала система распределения выпускников
вузов (высших учебных заведений) по предприятиям. Эта система была порождением
планового социалистического хозяйства и была чем-то средним между рабством и
гарантированным трудоустройством. Каждый выпускник был обязан проработать 3
года по специальности (видимо, считалось, что тем самым он окупит затраты на
его обучение). Притом не просто "по специальности", а на указанном ему рабочем
месте. Если место было хорошим, то это можно рассматривать как гарантированное
трудоустройство по специальности (что весьма неплохо), в если плохим, то это
можно рассматривать как узаконенное рабство (для сравнения можно привести
примеры японского пожизненного найма и трудоустройство репатриантов-олим
в Израиле). Кстати, молодого специалиста вообще нельзя ни за что уволить,
он обязан проработать 3 года на указанном месте и не может ни сам уйти,
ни быть уволенным администрацией.

Перед выпуском из института студенты проходили процедуру распределения,
организованную с некоторыми элементами свободы и демократии. Все струденты
получали некий рейтинг, который состоял из средних баллов за обучение и всяких
баллов за достижения в спорте, общественной (комсомольской) и научной работе,
стройотрядах и т.п. В назначенный день приезжала специальная коммиссия,
состоящая из представителей будущих работодателей. студенты заходили на
комиссию в порядке рейтинга, таким образом первые в списке имели выбор, а чем
дальше, тем пространство решений становилось уже. (Здесь я не касаюсь
"персональных откреплений", вызовов и "свободных распределений" и прочих
полулегальных трюков). Я благодаря своим оценкам, а также участием в
студенческом научном обществе (я занимался искусственным интеллектом под
руководством проф. Ловицкого) был в первой десятке (или двадцатке? - не
помню) из 150 человек. Неофициально список вакансий (считавшийся секретным)
был распространен за несколько дней до распределения и народ начал
прикидывать, кто куда хочет и сможет ли он туда попасть. Я тогда хотел стать
европейцем и ухватился за вакансию инженера на АЭС в городе Снечкус Литовской
ССР (то есть, в списке было только написано "город Снечкус", но до этого я
случайно прочитал в газете про там строят АЭС и прикинул, что к чему). Те, кто
бывл в списке до меня, на Снечкус не претендовали и у меня была почти 100%
гарантия попадания туда, куда мне захотелось.

На распределение представитель Снечкуса не приехал, я еще помню, как какая-то
толстая тетка раза два меня спрашивала, не хочу ли я в Нижнюю Салду
(впоследствии я узнал, что это где-то на Урале), но я был настойчив и
фолькслист был подписан на Снечкус.

Однако человек предполагает, а Бог располагает, и спустя некоторое время
выяснилось, что мое будущее рабочее место было сокращено и я получил то,
ради чего многие готовы были годами интриговать и платить взятки -
свободное распределение. "Вы хотели свободы, так нате, ешьте ее, волки".
Я не знал, что мне делать с этой свободой. Помню, я ходил (в смысле меня
послали из отдела кадров ХИРЭ) в контору Госбанка, что возле прулевки.
(Мне не понравилось то, что там тогда использовали устаревшую технику -
Урал-14Д) Потом самостоятельно ходил в ХИИТ (Харьковский институт
инженеров железнодорожного транспорта, ныне Академия бронерельсовых
войск), там не получилось с общежитием. Потом пытался дозвониться до
доцента, у которого наша группа была на практике в Институте кибернетики
им. Глушкова в Киеве.

Потом меня послали в "Конус". Люди, знакомые с советской военно-секретной
топонимикой уже по одному названию могут догадаться, что это предприятие была
либо военным, либо секретным, либо военно-секретным. Так оно и было. Наверное.

В общем, взяли меня в этот "Конус", но пока первый отдел проверял мои
документы, меня даже за проходную не пустили, а направили на стройку. Впрочем,
работал я по специальности, мы переделывали детский садик (по переулку
Нежинскому) из садика в машинный зал для ЭВМ ЕС-1022. В частности,
настилали фальшпол (под ним должны были проходить кабели), оббивали стены
звукопоглощающими гипсовыми плитами, монтировали кондиционеры и т.п.

Работал там я примерно месяц, потом мое арийское происхождение и отсуствие
порочащих связей подтвердили и я вошел внутрь.

И меня тут же направили на курсы повышения квалификации в Казань.

За несколько дней до этого я с Ущем съездил в Минск и привез оттуда
компьютер БК-0010, и мы провели учредительное заседание клуба JNP, но
сначала мы не смогли подключить БК к телевизору и я ехал в Казань с
тяжелым сердцем.

В Казани я провел около месяца. Меня направили в НУЦ СНПО "Алгоритм" (Научно-
учебный центр специализированного научно-производственного объединения
"Алгоритм"). СНПО "Алгоритм" был главной в СССР организацией по созданию,
хранению, локализации, воровству и взлому программного обеспечения. Напомню,
что многие "советские" ЭВМ и их элементная база были клонами американских
разработок, соответственно и ПО (программное обеспечение) дешевле было
использовать тоже ворованное. Впрочем, особого взлома не требовалось, так как
софт в те времена особо не защищали. Я помню (об этом чуть позже) МОС
(мобильную операционную систему для ЕС ЭВМ), являвшуюся клоном UNIX, причем в
/etc/passwd сохранились чуть ли не учетные записи Кернигана, Ричи и их
соратников (когда я их увидел, я понял, что ощутил солдат Шадрин, когда
увидел Ленина)

В Казани я учился на курсе "Системное сопровождение ОС ЕС". ОС ЕС - это
операционная система для ЕС ЭВМ Ряда Два (то есть, для второго поколения).
Отличие Ряда Один от Ряда Два примерно такое же, как отличие i8086 и i80386.
Кстати, организация виртуальной памяти и многозадачности в Ряде Два довольно
похожа на то, как это было сделано в i80386. (Ряд Один был содран из IBM
Sysytem/360, а Ряд Два из System/370)

Допустим, у вас есть голая (то есть без софта) ЕС Ряда Два. Вначале необходимо
загрузиться с дистрибутивного диска, называемого Стартер. Стартер - это ОС на
все случаи жизни. Под управлением Стартера производится генерация
собственной ОС: то есть определяются конкретные параметры, конкретная
конфигурация аппаратных средств, удаляются ненужные драйверы и т.п. Из
файла конфигурации новой ОС получается пакет заданий по созданию новой ОС
(компиляция нужных кусков, сборка и т.п.) Потом этот пакет заданий
пускают на выполнение и если все будет ОК, получится новая ОС. В общем,
все это похоже на конфигурирование и частичную перекомпиляцию ядра и
библиотек UN1X. В зависимости от быстродействия машины процесс может
занимать несколько суток.

На Октябрьские праздники (которые в СССР, как известно, были в ноябре) я
самолетом (поездом не успевал) слетал в Москву, там под Москвой, в Ступино
работали по распределению две девченки с нашего курса и там на праздники мы
устроили встречу выпускников. Съехалось человек 30 со всех концов Советского
Союза. Потом я еще заехал в Ленинград к знакомым, тусанулся там и через Москву
вернулся в Казань (опоздав на начало занятий и получив втык от руководства
курсов). Я еще помню "чувство семьи единой", когда в Казани, в гостинице
смотрел программу "Время", которую тогда смотрела вся страна, а в конце ее под
мелодию "Бабочки на снегу" (или "Манчестер-Ливерпуль") давали прогноз погоды
на все регионы необъятной советской империи.

          * * *

В конце 1986 года я вернулся в Харьков. "Конус" тем временем в духе
горбачевской перестройки перестроился и разделился на собственно
"Конус", который по-прежнему занимался обслуживанием секретных
компьютеров и на ХПВТИ (Харьковское предприятие вычислительной техники и
информатики подчиненное недавно созданному ГКВТИ - Государственному
комитету по ВТИ), которое занималось обслуживанием "обычных"
компьютеров. Это говорило о том, что компьютерная техника в СССР
постепенно из области секретных военных хай технологий становилась
обычной коммерческой технологией. Мой отдел целиком попал в ХПВТИ.

10. МВС ПА и МОС

Некоторое время в 1987 году наш отдел занимался проектированием МВС ПА -
мультипроцессорной вычислительной системы с программируемой архитекторой. (Не
сам, конечно, в составе мегаколлектива, включающего организации из Москвы и
Таганрога). В Таганроге должны были проектировать аппаратную часть, а у нас
программную (причем мы почти не взаимодействовали друг с другом и работали по
сути отдельно). (А москвичи занимались общим руководством, наверное). В общем,
не знаю, что полезного мог сделать отдел, почти полностью состоящий из молодых
специалистов, причем большую часть составляли девушки, которым все эти ЭВМ
были глубоко неинтересны.

Потом меня перебросили на более узкую задачу, на освоение мобильной
операционной системы UNIX. (То ли софт для МВС ПА планировалось писать под
UNIX, то ли сам UNIX планировалось портировать на МВС ПА). Тогда я начал
изучать UNIX и поразился его простоте и стройности концепций. (В книге,
по которой я изучал UNIX, я помню, программы-pipes были изображены в
виде мясорубок)

Потом перестройка сделала очередной рывок, везде начали вводить хозрасчет и
требовали конкретно заработанных денег, а поток государственного
финансирования иссяк. Работы по МВС ПА были свернуты, отдел расформирован.
Примерно в то же время в школах начали усиленно вводить курс информатики и
начали появляться первые персональные компьютеры (вначале это были советские,
болгарские и польские клоны IBM PC, PC/XT и PC/AT).

Некоторое время была популярной тема совместимости больших ЭВМ и ПК (хотя бы
для переноса информации, а также для совместной работы). Мы проводили
эксперименты по соединению COM-порта ЕС-1840 (это был советский клон
PC/XT) и неким "модемом" большой ЕС ЭВМ ("модем" был размером со шкаф).
Эксперименты были удачными, но мы их так и не закончили (то есть,
готового продукта не выдали)

11. КУВТ

Длительный период моей жизни и деятельности был посвящен КУВТу. КУВТ-86 - это
комплекс учебной вычислительной техники, состоящий из 12 БК-0010.01 (их
отличие от модели БК-0010 в том, что у 0010 пленочная клавиатура и язык Focal
в ПЗУ, а в 0010.01 клавиатура кнопочная (но тоже мерзкая и с сильным
дребезгом) и в ПЗУ не экзотический Focal, а так называемый
вильнюсский Бейсик86 (очень усеченный Basic MSX)). БК-0010.01 были
соединены в сеть, а центром сети был компьютер ДВК-2М с операционной
системой RT-11 (ДВК был клоном одной из моделей PDP-11, впрочем БК были
из той же области, так как используемый в БК процессор K1801 был клоном
LSI-11/03 фирмы DEC)

Стояло все это в том самом домике по переулку Нежинскому, в ремонте которого я
участвовал в сентябре 1986-го и было Межшкольным УПК Ленинского района (то
есть, школы Ленинского района Харькова проводили на этой технике уроки
информатики, для чего КУВТУ были приданы трое "училок", а техническое
обслуживание всего этого производил я как системщик и мой друг Сергей Гриднев
как электронщик, также там некоторое время работал Валера (Давид) Рабинович).

Кроме КУВТа в этом же здании по-прежнему стояла ЕС-1022. Вокруг всего этого
постепенно начал формироваться кружок любителей компьютерной техники (или
говоря более современным языком, тусовка хакеров). Базой тусовки был
компьютерный клуб JNP (в частности, я и Гриднев), но постепенно подтянулись
школьники - Гена Лапин, Юзвиков, Юра Логвинов, Андрей Петров и другие (кстати,
многие из них потом вошли в состав членов клуба JNP). Школьников-игроманов мы
отсекали тем, что компьютерные игры были если не под запретом, то под строгим
контролем и лимитированием. Главная цель этого сообщества была изучать
компьютеры и программировать.

На ЕС-1022 был один (или два?) терминала и мы там играли в культовую игру STAR
TREK (Лапин, по-моему, достиг в ней высот и у него есть распечатанный на АЦПУ
(алфавитно-цифровом печатающем устройстве) корабль "Энтерпрайз" (факт
наличия этой распечатки добавляет один балл в Hacker test))

Потом к нам прибился Андрей Телитченко, он был синклерист. В то время в Европе
был бум компьютеров ZX Sinclair Spectrum. Компьютер базировался на процессоре
Z80 (этот процессор был неким продолжением идей i8080, но не столь
навороченным как i8086) и конструктивно походил на БК или РК (то есть,
моноблок с клавиатурой, подключаемый к обычному телевизору и бытовому
магнитофону). "Фирменные" Спектрумы стоили немало и были редки, но советские
умельцы очень быстро клонировали его. В клонах только процессор Z80A был
импортным, все остальные микросхемы были советскими, что сильно
удешевляло конструцию, кроме того наши умельцы усовершенствовали конструкцию и
такие модели как "Краснодар" или "Пентагон" были весьма и весьма по тем
временам. (У Пентагона даже жесткий диск был и ОЗУ 128К, что по тем временам
было очень круто). Синклерами мы сильно не увлеклись, мы были правоверными
БКшниками, но знание альтернативной архитектуры было весьма полезным для
общего компьютерного кругозора.

Вообще, в компьютерном деле, как и в жизни, первая любовь не забывается. Даже
сейчас иногда в конференции ukr.nodes какой-нибудь седой директор ISP или
лысый сисадмин всея Украины ностальгически вспомнит молодость и свой первый
РК/БК/Спектрум/Амигу/Atari. "Порутчик, вы в молодости были членом суда?" -
"Ах, молодость, молодость [продолжение вырезано внутренним цензором по
соображениям политкорректности] !"

Здесь надо заметить, что эти мемуары я пишу (пописываю) время от времени,
когда есть время и настроение, причем абсолютно не в хронолгическом и не в
текстологическом порядке (так, эта глава написана после 17-й), поэтому здесь
много перескоков по времени и анахронизмов, каковые будут по-возможности
устраняться и исправляться.

КУВТ постепенно захирел, тоже сказалось уменьшенное финансирование и тотальный
переход на хозрасчет (точнее, попытки такого перехода) и после КУВТа (но еще
будучи сотрудником ХПВТИ) я занимался сопряжением ЕС-1840 с большой ЭВМ (то,
о чем упомянуто в конце предыдущей главы), потом писал некий АРМ
(автоматизированное рабочее место) экономиста на FoxPro (на польском
компьютере Mazovia, на котором был винчестер размером целых 10 мегабайт!)

11.5. BBS и Relcom

Примерно в 1990 году я захаживал к Валере Рабиновичу на работу. Тогда как раз
наступил бум бирж и в бывшем СССР бирж появилось больше, чем во всем остальном
мире. Робин работал программистом на Универсальной Украинско-сибирской бирже
(УУСБ) и я часто зависал у него ночами, мы звонили терминальной программой
(Telix и MTEZ) по разным BBS бывшего Союза, просто так, без цели. Скачивали
всякий софт и вообще изучали новый и интересный для нас мир телекоммуникаций.
На многих BBS были области для сообщений, в которых можно было почитать
конференции Fido, а некоторые BBS стояли на узлах весьма экзотичных сетей типа
Glasnet, IASnet, Relcom, X.25 (РОСПАК).

Некоторое время на УУСБ я не заходил, а когда в сентябре заглянул, там уже на
первом этаже было выделено два компьютера только для телекоммуникаций. На
левом был организован поинт Fidonet 2:461/17.2 (узел 17 был, кажется, Марика
Ивенского) с двумя линиями (внешние модемы Intel 2400), а на правом стоял
Interactive UNIX и узел сети Relcom с двумя модемами GVC 9600 (или GVC 2400 ?)
под управлением Стаса Вороного. Один модем не умел звонить (там реле
накрылось) и работал только на входящие звонки (на юзеров), а второй модем
звонил в Киев на узел csua (Computer Soft, потом этот узел влился в узел
Monolit).

12. Клуб JNP

Как я уже писал, мое увлечение компьютерами началось еще в школе (по книгам),
а дальнейшее развитие оно получило в ХИРЭ. Там и начал постепенно
образовываться кружок любителей программирования (хотя чисто одним
программированием мы не ограничивались, мы изучали также устройство ЭВМ,
любили играть в компьютерные игры (хотя "чистыми" игроманами мы не были)).

В развитии клуба JNP можно выделить следующие этапы:

- Предыстория
- История
- Деградация

Предыстория происходила в ХИРЭ с 81 по 86 год, клуба как такового тогда еще не
было. Но подчеркнуть как-то свое единство мы хотели и придумали аббревиатуру
JNP по именам первых активных членов нашего кружка:

J - Jack - Женя Вождаев
N - Nickolas - Коля Жемеренко
P - Prool - ваш покорный слуга

Потом к этому новообразованию прибился Ущ (Саша Ущенко) и мы долго думали,
куда засунуть букву U, но так и не придумали. Свои студенческие поделки
(программы) мы гордо подписывали "(C) JNP", не зная тогда, что именно означает
это Цэ в кружочке. Впрочем, в те годы юные хакеры во всем мире так помечали
свое авторство, абсолютно не заботясь юридическим оформлением своих прав, да
и сами программы они как правило раздавали направо и налево как public domain.

Цель создания клуба была примерно такая: заниматься любимым делом
(программированием), чтобы зарабатывать деньги, чтобы можно было покупать
компьютеры, чтобы заниматься любимым делом. По Марксу (опечатка по Фрейду, я
вначале напечатал после буквы К букву У ) планируемую деятельность этого клуба
можно выразить формулой

К - Д - К (компьютеры - деньги - компьютеры)

Впрочем, фанатиками компьютеров мы не были. Голодный студенческий общежитский
быт естественно стимулировал желание заработать чуть больше денег, причем
лучше не пресловутой "разгрузкой вагонов", а чем-нибудь полегче, например,
тем, что мы любим и умеем (программированием). Тут как раз горбачевская
перестройка показала нам свет в конце туннеля (впоследствии оказавшийся
огромным телевизором, на котором непрерывно крутились рекламные ролики). Я
помню охватившее нас восхищение, когда в какой-то газете мы прочитали про
венгерскую фирму "Новотрейд", написавшую какую-то компьютерную игру и
продавшую ее за миллион долларов. Потом еще была заметка, что тот, кто пройдет
до конца игру "Кот Цезарь" (кажется, той же фирмы), получит приз, тоже миллион
баксов. Молодежные издания (типа "Комсомольской правды" или "Студенческого
меридиана") создавали атмосферу радостного ожидания, что вот-вот и перестройка
и гласность войдут в полную силу, и молодежь сможет легально много
зарабатывать. Верховный Совет СССР готовился принять некий Закон о молодежном
творческом объединении, который сделает возможным легальную организацию
частных фирм (типа позже появившихся кооперативов).

В общем, мы были типичными "наивными чукотскими юношами" и грезы у нас тоже
были типичные и наивные.

Неким водоразделом, так сказать Иорданом (а может, Рубиконом или Андуином,
который мы пересекли) был 86 год, выпуск из института. В вузе мы вели жизнь по
принципу "птичка божия не знает ни заботы, ни труда", но после распределения
жизнь нас разбросала и, чтобы сохранить связность графа, пришлось прилагать
усилия. Может, именно поэтому первое (учредительное) собрание JNP было в
сентябре 86-го, первом месяце нашей самостоятельной работы на производстве. Мы
собрались тогда у меня в комнате общежития (но уже не студенческого, а
рабочего). По случайности и БК-0010 я купил в то же время (а может в том
была воля Провидения)

После моего возвращения из Казани БК мы запустили и начали ее юзать. Как само
собой разумеющееся, я отдал собственный, притом весьма дорогой, компьютер в
бесплатное пользование членам клуба. Пока компьютер был один, мы по старой
советской привычке ввели учет "машинного времени" и журнал учета и на
собраниях клуба (которые вначале проводились еженедельно по понедельниками)
расписывали график работы на неделю. Я помню одно субботнее (или воскречное)
утро, когда я медленно просыпался, мои соседи (меня поселили с двумя
слесарями с турбинного завода) уже встали, а за БК сидел и работал
Сергей Мангушев.

Немного позже собственные БК купили Мангушев, Юра Удовиченко и Робин.

Руководство общежития периодически запрещало пускать ко мне гостей (то из-за
беспорядка в моей комнате, то просто так) и мы начали искать помещение для
клуба (и для БК).

Вначале нас приютил Игорь Душин в горкоме комсомола, потом не помню, но у нас
была эпопея с детским клубом "Радуга" (размещавшимся в отдельной квартире
в доме на улице Откара Яроша), потом в Орджоникидзевском райкоме
коммунистической партии.

Постепенно острая необходимость в помещении начала уменьшаться, так как
компьютеры появились у многих и программировать-работать-играть стали дома, а
пообщаться и обсудить текущие дела можно где угодно, даже в кафе или на улице.

Некоторое время наш клуб еженедельно заседал в помещении альпинистского клуба
на ул. Сумской. Робин устроился туда на работу программистом и договорился с
руководством клуба. Но это уже не была эпоха БК. В клубе стоял какой-то
советский клон XT, потом еще некоторое время там был УК НЦ (нечто тоже
советское, DECовской архитектуры, некий отпрыск ветви ДВК). Мы тогда
выписывали польский компьютерный журнал Bajtek, я (совсем не зная польского)
как-то переводил некоторые статьи и докладывал на заседаниях клуба о новинках
компьютерного мира.

А потом наступила деградация. Мы продолжали заниматься компьютерами,
продолжали общаться, но клубной деятельностью это уже нельзя было назвать.
Клуб JNP как таковой впал в летаргию. Вместо помещений мы стали собираться в
кафе или возле кафе, то есть из клуба мы постепенно трансформировались в
тусовку. (Тусовка - тоже дело хорошее, но другое) Можно назвать кафе
"Мурзилка" на Сумской, кафе в Дворце студентов ХПИ, кафе "Желтуха" (тоже на
Сумской, названное так в честь цвета посуды, кофе там наливали в желтые
пластмассовые стаканчики), кафе "Яблоко", кафе на Данилевского (возле
квартиры Робина), кафе напротив памятника Шевченко, кафе на улице Гаршина,
кафе "Сквозняк"

В каждом кафе была своя тусовка и мы своей тусовкой общались с ними,
обменивались содержимым (как две тучи в "Непобедимом" Лема). В "Мурзилке" в и
ДС тусовались рокеры (этим словом тогда называли не мотоциклистов, а
поклонников рок-музыки). Кстати, из среды рокеров-хулиганов к нам пришел
Робин. А с Вадимом Гарбузом, который был активным членом харьковского
рок-клуба я потом длительное время работал вместе. Ну, а карьера президента
харьковского рок-клуба Александра М., я думаю, известна многим.

Еще была полузакрытая тусовка по имени "Вландрия", члены которой играли в
сложную ролевую игру со средневековыми интригами (точнее, жили в этом
выдуманном мире)

В "Яблоке" тусовалась диссидентствующая молодежь (и не только молодежь). Здесь
мы познакомились с анархо-синдикалистами и прочей политической тусовкой.

Здесь же, в кафе, я впервые попробовал наркотики, расширяющие сознание и
пристрастился к ним. Я имею ввиду кофе. Кофе в те времена был напитком
диссидентов. Растворимый кофе или кофе в зернах было не достать (был дефицит),
но главное в кофе - место его потребления. Мы пили кофе в кафе и ругали
советскую власть. Здесь было больше игры, чем реальной политики, но тем не
менее с кафешными тусовками власть боролась. Закрылось кафе на Гаршина,
закрылась на ремонт "Мурзилка" (а после ремонта там оказался
дорогой гриль-бар), периодически закрывали и "Яблоко". Впрочем, может мы
сами придумывали себе несуществующие реально репрессии для поднятия
собственной значимости? От толпы молодежи, весь вечер пьющей одну чашку
самого дешевого кофе, доход очень маленький, и превращение "Мурзилки" в
дорогой бар вполне естественно. А Гаршина (или кафе-кондитерскую в доме-
возле-Робина) могли закрыть из-за жалоб окружащих жильцов (собираются,
мол, волосатые, галдят, пенсионерам жить мешают). Впрочем, несколько
человек из числа игравших в политику потом перешли в реальную ("большую")
политику. Например, Р. или тот же М.

Впоследствии остатки клуба JNP влились в компьютерно-фидошную тусовку на улице
Гоголя (которую одно время называли "прулевкой"). Впрочем, прулевка сейчас
тоже переживает третью стадию развития, а ведь начиналась она, когда туда
приходили попить пива директора ISP, системные администраторы и прочий
хай-тек пипл.

Кстати, на прулевке я пристрастился к другому разрешенному наркотику,
расширяющему сознание, а именно к пиву, являющемуся официальным напитком
сисадминов.

Подводя итоги, можно сказать, что своих уставных задач клуб JNP не выполнил.
Как общность, как время-и-место для встречи и обмена опытом и информацией клуб
был еще более-менее, но в остальном клуб потерпел фиаско. За все годы
существования JNP клубом не было заработано ни копейки. Журнал, который мы
собирались выпускать, также умер еще не родившись.

Впрочем, на это есть два взгляда:

Пессимистический: Мы лузеры (loosers) и клуб наш лузерский и все, что нам
остается, это пускать слюни и сопли на портрет Билла Гейтса и истекать желчью
на него же.

Оптимистический: Мы не спились, не сторчались, все более-менее устроены, на
более-менее любимой работе, общаемся по Интернету и если в этом хоть немного
заслуга трехбуквенного сочетания JNP, то честь ему и хвала. И вечная память.

И взгляд третий, реалистичекий:

JNP? Да, что-то такое было, в школе, нет в институте. В общем, мне сейчас
некогда, мне надо спешить на переговоры с потенциальным клиентом / за пузырем,
а то трубы горят / пропалывать огород / через десять минут сериал начинается.

Внутренний голос: Че это тебя на патетику потянуло? Че это за сопли с
сахаром, блин? Меня сейчас стошнит.

12.5. ВОКК

Отдельного рассказа быть может заслуживает "внешнеполитическая" деятельность
JNP.

Началом ее было мое письмо в "Комсомольскую правду", написанное без
особой цели, кажется из Казани, осенью 1986 года. В письме я
кратко рассказывал о клубе, о его некоммерческом общественно полезном
профиле и просил по возможности опубликовать адрес нашего клуба в газете.
Денег у клуба на публикацию рекламного объявления не было и я написал, не
особо надеясь на удачу. И каково же было мое удивление, когда через пару
месяцев в "Комсомолке"

13. Софтпанорама

14. BBS и Релком

15. Пруликс

16. Первые шаги Фидо

17. 007

(эта глава написана вне очереди, так как про 007 BBS меня спросили в эхе
(телеконференции Фидо) я решил таким образом ответить)

007 или Infocom BBS была создана в X году (точную дату я сейчас не помню,
кажется это был 1990 или 1991, потом уточню)

В те годы распадался Советский Союз, активно начинался капитализм, создавались
всякие биржи и т.п. В частности, на коммерческой основе началась продажа
трехзначных телефонных номеров. Я помню какую-то брокерскую контору на
Универсальной Украинско-сибирской бирже (УУСБ) с трехзначным номером телефона
(типа 069 или что-то вроде этого). В это же время развивались информационные
услуги (информация неожиданно начала становиться товаром, появлялись
коммерческие BBS, начинала свое становление сеть Relcom на технологии
uucp/UUPC, возникала на территории бывшего СССР сеть Fidonet и на основе
технологии FTN функционировали коммерческие сети: Bland Avenue, Unitycom, etc)

Трехзначный номер именно 007 получился случайно (он оказался свободным),
правда потом оказалось, что создатели этой BBS увлекаются Бондом, Джеймсом
Бондом, агентом 007. Вначале некоторое время на этой ББС сисопил Юра Менделев,
потом там был Тимур Цыганко, потом Игорь Писаренко, потом я, потом пришел
Гарбуз, потом Дейнека. Кроме того, к созданию ББС имел отношение Саша Торрес.
Кроме того, все это время сисопом была первая в Харькове легендарная женщина-
сисоп Галина Фараонова. (Впоследствии я придумал легенду, что такого человека
не было, что это виртуал). Размещалась эта ББС в здании 23-й АТС
(пер. Лопатинский)

Создавалась ББС как чисто коммерческая предприятием Инфоком Лтд (никакого
отношения к его однофамильцу, ныне существующему СП Инфоком оно не имело).
Вначале была только ББС, потом (при Цыганко?) появилось и Фидо, вначале 35-й
адрес (2:461/35), потом некоторое время существовал и 36-й. ББС была
коммерческой, 6-линейной (столь многолинейной ББС в те годы в Харькове еще не
было, хотя двухлинеек было много). Там было 2 COM-порта обычных и какая-то
хитрая четырехпортовая плата. 5-я и 6-я линии сидели на одном IRQ, поэтому
иногда глючили при активной одновременной работе. Как я уже сказал, ББС была
коммерческая, но с некоммерческими элементами, в частности, на 5-ю и 6-ю линии
пускали некоммерческих юзеров (все равно они глючили ;) (Я помню, ушлые
шаровые юзеры написали скрипт на языке SALT терминальной программы Telix,
чтобы звонить на 007 и при попадании на коммерческие линии разрывать связь и
перезванивать в надежде, что попадешь на 5-ю или 6-ю линии) А на первые четыре
линии пускали (днем?) только зарегистрированных коммерческих пользователей
(кроме того, кажется, ночью на все линии пускали всех). Кроме того,
коммерческие юзера имели повышенный уровень доступа: им был выделен больший
лимит времени и у них был доступ к коммерческим областям. Какая коммерческая
информация была тогда на ББС: биржевые бюллетени, подборки коммерческих
объявлений (в частности, из правительственной сети "ПРОМСНАБ"), файлы с
объявлениями из relcom.commerce.* и ukr.commerce.*

Какой софт там стоял: BBS работала на Remote Access 1.X, Fido на FrontDoor,
тоссер FMail, редактор почты - встроенный во FrontDoor (или вроде уже Golded
появился). Да, еще был прикол: там стояла телефонная база, доступная с ББС.
Еще, кажется, был межлинейный многопользовательский чат (жалкое подобие irc).
Операционная система была MSDOS плюс многозадачная надстройка DesqView (по
одному окну для каждого процесса Ремоты и еще одно окно мы открывали и
запускали Нортон для работы). Кстати, с irc была связана одна из моих шуток.
У меня был тогда логин на ktts, один из немногих узлов, работавших тогда по
TCP/IP, и я, как многие, был без ума от онлайна, в частности, от irc (мы
ходили тогда на irc.demos.su, реже на irc.funet.fi, но зарубежный траффик был
тогда очень дорогим). Я сделал огромный (экранов на 10) ANSI log irc канала
#russian и выставил на 007 BBS как "IRC read only". irc пользовалось такой
популярностью (из-за новизны и крутизны), что его готовы были читать и в RO
mode. Медленность тогдашних телефонных линий и модемы на 2400 создавали
иллюзию чата в реальном времени (обычно мало кто доезжал до конца, раньше
связь обрывалась). По-моему, тогда мало кто понял, что это подделка. Другая
моя шутка была связана с протоколом RIPE, о котором многие слышали, но никто
не видел (это протокол общения с BBS в графическом режиме, с иконками и т.п.,
он, разумеется, требовал специального клиента, а не обычной терминальной
программы). Я поместил на 007 BBS строку "Графический режим (в режиме
тестирования)" с пометкой "Для входа в графический режим одновременно нажмите
точку на дополнительной цифровой клавиатуре, alt и control". Многие потом
жаловались, что графичский режим глючит и что их компьютер при этом
перезагружается. Был еще на BBS пункт меню типа "Хакнуть Infocom" или что-то в
этом духе (при его нажатии происходил вывод строки "Infocom hacked" и разрыв
связи). Был еще файл с описанием "Кто скачает, тот дурак". Человека два, по-
моему, скачали, причем один из них был коммерческий юзер и даже вроде
обиделся. Была еще такая шутка про "шесть линий BBS". На первом этаже здания,
где располагался наш узел (сам узел был на 4-м) была аккумуляторная (для
питания АТС при отсуствии сетевого питания) и из нее шли шесть толстых
силовых шин (почему толстых, потому что напряжение 12 вольт, значит, ток
должен быть большим), покрашенных в синий и красный цвет. Посетителям, которых
я вел к нам, я любил говорить, что это и есть пресловутые шесть линий 007 BBS.
Многие верили

Какие модемы там были: 4 модема Viva 2400 и 2 модема GVC 2400, все внешние.
Viva модемы были прикольные, они были внешние, вертикальной компоновки,
лампочки были зеленые, с пиктограммками (я помню, лампочка HS (High Speed)
изображала бегущего зайца). Чтобы модем вертикально стоял, к нему прилагалась
широкая подставка из пластмассы под мрамор! 8-O У нас эти 4 модема стояли без
подставок, в виде матрицы 2 Х 2, перетянутые веревкой для прочности. (Где-то
в глубинах файлового архива на ИТЛ (если не удалили) есть фотографии того
времени (фотографировал, кажется, Тимур или Гарбуз)) Да, еще из аппаратных
средств стоял отбойник, сделанный Менделевым. СпецАТС 007 не умела
выдавать прерывистый сигнал звонка (RING), сигнал был непрерывным. Для
человека (на спецАТС были еще номера 01, 02, 03, 09) это все равно, а
модемы срабатывали по срезу импульса RING, поэтому трубу они не брали.
Был сделан дивайс на тиратронах, превращавший непрерывный сигнал в
прерывистый. Кроме того стоял антизависатор (ребутер) Торреса, который
вызывал перезагрузку модемов и компьютера, если эти устройства не
отвечали положненное время (то есть скорее всего зависли). (В нормальных
промышленных роутерах типа CISCO такой деглюкатор, насколько я знаю,
встроен внутрь и поддерживается стандартным программным обеспечением
IOS).

Как я уже писал, кроме ББС на было Фидо. 35-й узел гонял как коммерческие эхи
(для коммерческих поинтов, их номера были в первых двух-трех десятках
(именно поэтому Бихуненко получил такой "некоммерческий" адрес 35.106, а я
одно время из дому звонил на 007 с адреса 35.301)), так и фидошные эхи. Тоссер
FMail имел такую фичу - уровни доступа для эх и флажки, совместимые с Remote
Access и подсчет траффика. Мы получали релкомовские конференции диалапом с
ktts (то ли по UUPC, то ли вообще скриптом для Теликса), гейтовали гейтом dz
(Димы Завалишина) и раздавали по FTNтехнологии. Нет, гейт имени dz кажется сам
умел звонить по протоколу uucp. Причем, по-моему даже звонил на ktts компьютер
A (он стоял ближе к окну), гейтовал, а потом ему звонил комп Б (на котором
была Ремота и 461/35). Потом одно время на компьютере А работал узел 461/36 и
Dark Tower BBS (Remote Access 2.0)

Шли месяцы и годы и постепенно все модернизировалось. Добавлялось линий на
007, появилась 8-портовка Digiboard, потом еще одна, апгрейдились модемы в
сторону повышения скорости. Появилась выделенка (очень недолгое время на
kiae (В Москву!), потом на Сигму, потом на ktts). Постепенно произошел
переход на UNIX и TCP/IP технологии. Первый наш Linux нам инсталлировал и
настраивал Дима Городчанин. Начало UNIX и TCP/IP было ознаменовано приходом
Вадима Гарбуза, Микки Шалаева, Сергея Каширина. При переходе на UNIX (BSD) ББС
и Фидо (уже не для коммерции, а как дань традициям) перешло на TNSDrive и
ifcico/ifmail. (Но тоссили мы при помощи FastEcho на MSDOS-тачке (точнее, там
уже был Windows 3.11), потом Windows 95 aka Chicago ("Из-под стула лезут баги,
эти баги от Чикаги")). А потом вначале некогда стало поддерживать TNS, потом и
Фидо вначале ушло в даун, а потом оказалось у меня дома.

Приложения.

I. Хронология (timeline)

6 апреля 1964 года - в Полтаве родился Пруль (то есть я)

сентябрь 1981 года - я поступил в Харьковский ордена Трудового красного
знамени институт радиоэлектроники имени академика М.К.Янгеля

весна 1986 года - закончил его

осень 1986 года - поступил на работу в ХПВТИ

II. Глоссарий

ХПВТИ -

JNP -

Fido -

Хакер (hacker) -

Кракер (cracker) -

Last update: Monday, 21-Feb-2005 11:09:45 EET 


Примечание: Текст был давно утерян и сегодня найден в archive.org.

Prool, 24 июля 2021 года.